Меню
16+

«Забайкальский рабочий», Официальный сайт ежедневной краевой общественно-политической газеты

03.10.2018 13:06 Среда
Категория:
Теги (2):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Жизнь за колючкой

С.Ульхов. Фото УФСИН по Забайкальскому краю.

Начальник исправительной колонии № 3 о сегодняшней жизни осужденных и сотрудников ФСИН

Исправительная колония №3, чьи корпуса стоят на федеральной трассе «Москва-Хабаровск» на северо-западной окраине Читы, была создана ровно 30 лет назад — в сентябре 1988 года. Ее создавали при производстве — многочисленным промышленным объектам Черновского района рабочие руки были нужны как воздух.

Сегодня колония существует вместо производства. Почти вся огромная промзона между поселками КСК и Застепь, где расположена колония, ныне брошенная. Фактически жизнь продолжается только за массивными железными воротами «тройки».

О повседневной жизни, рабочих проблемах, производственных успехах и многом другом «Забайкальский рабочий» беседовал с начальником колонии № 3 подполковником внутренней службы Сергеем УЛЬХОВЫМ.

Об осужденных иностранцах и службе быта

— Сергей Борисович, сколько осужденных отбывают сегодня наказание в ИК-3 и какова максимальная наполняемость учреждения?

— Сейчас у нас 625 осужденных. Это общее число. В него входят 76 человек, отбывающих наказание на участке колонии-поселения, в числе которых есть восемь женщин, 11 — в ПФРСИ (помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора – авт.) и, собственно, осужденные общего режима — 548 человек. Колония немного недозагружена. В частности, по общему режиму мы можем принять еще порядка 60-70 осужденных. Раньше было теснее. Знаю, что в 1990-е годы здесь доходило до 1200 осужденных, но пять лет назад лимиты содержания были значительно снижены.

— Нарисовать обобщенный социальный портрет сегодняшнего осужденного можете? Какие статьи Уголовного кодекса, возраст, география проживания?

— Наша колония — для лиц, совершивших преступление впервые. Статьи особой оригинальностью не отличаются. Подавляющее большинство — это кражи, грабежи, вымогательства, изнасилования, тяжкие телесные повреждения, преступления с оборотом наркотиков. Самым редким преступным деянием, за которое у нас сегодня отбывают наказание, является вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность. В колонии таких два человека. С большими сроками к нам не попадают, максимум 8,5 года.

География — процентов на 80 это Забайкальский край, в основном Борзя, Петровск-Забайкальский и Чита. Небольшие этапы в последнее время к нам были из Бурятии и Иркутской области. Есть несколько осужденных за содействие и пособничество терроризму с Северного Кавказа. По решению ФСИН России такие люди отбывают наказание за пределами юга России. Ну и последний пласт — это граждане Узбекистана и Таджикистана, совершившие преступление в Москве и Подмосковье. Отбывать наказание их распределяют по всей стране. Несколько таких человек сегодня сидят и у нас. Когда-то у нас были и китайцы, но это было очень давно.

Самые молодые осужденные, понятное дело, 18-летние. Самый возрастной человек, который отбывает у нас наказание, 1960 года рождения.

— Численность спецконтингента поменялась, а поменялись ли бытовые условия?

— Теперь у нас на каждого осужденного, как и положено, приходится по четыре квадратных метра жилой площади. Эта норма теперь выдерживается строго и в полном объеме. Кроме этого, постоянно работаем по приведению в нормативное состояние бытовых помещений колонии. Площади постирочных, душевых, прачечных и т.д. приводятся в соответствие с числом осужденных. Должны выдерживаться не только нормы по квадратным метрам, но, к примеру, и число людей на один умывальник. Часть отрядов мы полностью привели в нормативное состояние. В остальных работа пока предстоит.

Провели капитальный ремонт банно-прачечного комбината. Сделали там два новых зала, поставили новое оборудование и стиральные машины. Также большой ремонт относительно недавно у нас был в медико-санитарной части, после которого туда также поставили новое оборудование. Отремонтирована школа, проведена новая пожарная сигнализация. Косметические ремонты объектов — колония стоит на болотистой местности, грунты нестабильные и здания «гуляют».

Так что сегодня бытовые условия осужденных соответствуют всем требованиям. Это полностью подтверждается отсутствием к нам серьезных претензий со стороны прокуратуры по надзору за ИУ, а контроль они осуществляют довольно жесткий, приезжают почти каждую неделю.

Если нельзя, но очень хочется, то все равно нельзя

— Что категорически запрещено современному осужденному, а то, может быть, не все знают?

— Под категорическим запретом находятся оружие, наркотики и спиртосодержащие жидкости любого рода. Со всем этим мы успешно боремся. Например, по распитию спиртного у нас за два года ни в колонии общего режима, ни в поселении ни одного случая не было. Со средствами мобильной связи, которые тоже запрещены, все гораздо сложнее. Сегодня борьба с ними для нас — это бич №1. Учреждения ФСИН России призваны обеспечивать изоляцию преступника от общества. Если у него вдруг появляется сотовый телефон, значит, эта задача не выполняется. Не стоит забывать, что с помощью мобильного телефона можно и продолжать преступную деятельность. Например, организовывать канал доставки запрещенных предметов.

— Приходилось слышать, что под запретом находятся и электронные книги. Почему, ведь доступа в Интернет у них нет, а значит, изоляция от общества не нарушена?

— Так категорично вопрос ставить нельзя. В ряде случаев закон позволяет пользоваться в колонии электронными книгами. Правда, сегодня мы технически пока не можем обеспечить ими осужденных. В будущем, я думаю, этот пробел сумеем восполнить. Пока же любой осужденный может воспользоваться услугами нашей довольно неплохой библиотеки и читать бумажные книги. Кстати, мы стараемся прививать чтение качественной литературы, которая заставляет задуматься. В частности, попавшие в штрафной изолятор, могут читать только классику. Это такая своеобразная форма воспитания.

На свободу — с чистой совестью… и профессией

— Какая работа проводится по адаптации лиц, заканчивающих отбывание наказания? Ведь их нужно как можно скорее вернуть к нормальной жизни…

— У всех освобождающихся должны быть образование и специальность. За последние два года мы добились, что 100 процентов отбывших наказание выходят на свободу с профессией, даже если раньше ее не имели. Перед освобождением выясняем у каждого, куда он должен поехать и кто его там ожидает, есть ли где зацепиться или человек вновь может встать на преступный путь. Месяца за 2-3 начинаем всех настраивать на жизнь, которая будет окружать его на свободе. Увы, но адаптация действует далеко не на всех. Например, очень большой процент преступного рецидива у бывших детдомовцев. К окружающему миру они привыкают трудно и очень часто возвращаются в места лишения свободы. Правда, уже не к нам, а как лица, совершившие преступления повторно. Трудно работать и с теми, кто на свободе употреблял синтетические наркотики. Лично моё мнение, даже если он немножко от этого отошел, то через какое-то время обязательно вернется к употреблению. Вывод напрашивается — это неизлечимо. Там всё на гране распада личности.

— Про то, что колонии часто посещают православные священники, слышно довольно много. А что представители других религий?

— Мы не притесняем никого. Священнослужители православия, буддизма и ислама. Представителей других религий у нас нет. Кроме того, осужденные могут проводить религиозные обряды и самостоятельно.

Поселение и производство

— С 2001 года при ИК-3 действует участок колонии-поселения. Поясните для тех, кто не знает, что это такое. Кто такие поселенцы?

— Да, действительно, поселение у нас существует уже 17 лет. Этот участок, как и вся колония, также предназначен для отбывающих наказание впервые за нетяжкие и неумышленные преступления . Процентов 50 из тех, кто там содержится, судимы по статье 264.1 Уголовного кодекса за повторное управление автомобилем в нетрезвом состоянии. Второй пласт поселенцев — это военные, осужденные за дезертирство и самовольное оставление части. Ну и дальше идут мелкие кражи, неуплата алиментов. У женщин статьи в целом такие же, но есть одна судимая за спиртоторговлю и виновница смертельного ДТП.

У нас бывают осужденные на 45, 30, 30 и даже к 8 (!) дней поселения. Я обязан их принять. А куда таких трудоустроишь? Если у нас карантин только 15 суток, а потом у них может не оказаться профессии или будут проблемы со здоровьем, ведь там у многих проблемы со спиртным.

Основной вид деятельности — хозяйственная обслуга колонии и других учреждений УФСИН, находящихся в Чите. Кроме того, работают они у нас в питомнике для бездомных животных и подсобными рабочими в АО «Черновский овощевод».

— Есть ли сегодня в колонии производство? Что выпускает «тройка»?

— Нашими приоритетными направлениями всегда были швейное производство, закрывающее внутрисистемные потребности и выполняющее контракт с железной дорогой, и деревообработка. Сегодня здесь трудятся более 120 человек. В самое ближайшее время выходим на металлообработку — будем заниматься производством металлических печей. На будущее есть перспективный проект с одной из управляющих компаний Читы по ремонту и профилактике заглушек для систем отопления.

— На сайте УФСИН выложена выписка из вашего устава, где написано, что учреждение «занимается оказанием услуг по предоставлению рабочей силы». О чем речь?

— О предоставлении рабочей силы. Любая организация, предприниматель или физическое лицо, у которых есть потребность в работниках, может заключить с нами договор и этих работников получить. Условий два — собственно договор и оплата по нему. Предприниматели, тот же «Черновский овощевод», говорят, что им это выгодно. Все выезжающие в обязательном порядке сопровождаются нашими сотрудниками.

О блатной романтике

— Видно ли сейчас влияние блатной идеологии среди осужденных? Или все-таки среди них больше тех, кто хочет быстрее вернуться к нормальной жизни на воле?

— Блатная идеология была всегда. Но слово «будет» здесь под вопросом. Всё зависит от того, как поставлена работа по профилактике и борьбе с ней. Да, сейчас к большинству наших осужденных пришло осознание, что лучше плохо жить на свободе, чем хорошо в колонии. Этому предшествовала серьезная работа по развенчанию криминальных лидеров. Одно время мы переводили их на тюремный вид режима буквально целыми партиями. Сейчас тех, кто мутит воду, почти не осталось. Оперативный состав докладывает, что лидеры еще есть, но ведут они себя в пределах дозволенного.

— Есть ли эффективный способ окончательного искоренения всего этого безобразия?

— Лично мое субъективное мнение, что процент нарушений в колониях можно снизить процентов на 80, изменив всего два закона. Первое — не засчитывать срок содержания в штрафном изоляторе в общий срок. После этого некоторые горячие головы призадумаются, а стоит ли туда попадать, если это будет автоматически увеличивать срок заключения. Второе — запретить посторонним лицам отправлять посылки и передачи и класть деньги на счет осужденных. Этим мы сразу оттолкнем ту молодёжь, которая еще собирает на т.н. общак. Получится, сидит у нас нарушитель в ШИЗО, срок не уменьшается, а тут еще и отовариться нельзя в магазине, денег-то на счету нет. Что ему остается делать? Правильно, идти работать.

О коллективе и питомнике

— Расскажите о коллективе, может быть, вам кто-то требуется и мы могли бы помочь?

— Коллектив у нас работоспособный и эффективный — всего около 200 аттестованных и вольнонаемных сотрудников. Некомплект есть, но сугубо рабочий. Если кто-то хочет попробовать свои силы в нашей системе, то милости прошу людей старше 20 лет и как минимум с полным средним образованием. На младших должностях первые три месяца идет стажировка с зарплатой 18 тысяч рублей, потом — до 40 тысяч. Зарплата офицеров составляет от 48 до 65 тысяч рублей и зависит от стажа работы и результатов.

— Обобщите опыт работы питомника для безнадзорных животных? Сколько животных через него прошло?

— Когда питомник запускали в 2015 году, мы хватались за любую работу, лишь бы поднять объемы производства. Можно сказать, что начиналось все случайно. Сначала увидел объявление в Интернете, загорелись, подготовили нужные документы и… выиграли. К нашему удивлению, осужденным работа в питомнике безумно понравилась. Некоторые приходили даже с просьбой увеличить время работы там, мотивируя, что это делает их добрее. Мы готовы работать по содержанию питомника и дальше. Правда, за эти три года пришлось пережить огромное количество проверок. Питомник, не без помощи т.н. зоозащитников, проверяли около 70 раз. Но все у нас законно и никаким жестоким обращением с животными не пахнет.

Точное количество животных — кошек и собак, прошедших через питомник, за эти годы я сказать не могу. Но совершенно точно их не менее тысячи.

из досье

Ульхов Сергей Борисович

Родился в 1977 году в городе Сретенске. В 1999 году после окончания Забайкальского педагогического университета поступил на работу в систему Федеральной службы исполнения наказаний. Начинал в колонии № 2 в пос. Шаро-Горохон Карымского района. Работая в органах ФСИН, получил высшее юридическое образование. С 2015 года — начальник лечебного исправительного учреждения (ЛИУ) №4, с апреля 2016 года — начальник исправительной колонии № 3.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.